FRPG Skyrim

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Skyrim » Личные эпизоды » Спят усталые игрушки...


Спят усталые игрушки...

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://images3.wikia.nocookie.net/__cb20120322175116/elderscrolls/ru/images/1/15/HramVermin.jpg
Название эпизода:
Спят усталые игрушки...
Сюжет:
Представьте замок на вершине заснеженной горы, естественно, с высокой башней, возвышающейся над старыми, полуразрушенными стенами. Такая башня в самую пору какой-нибудь спящей красавице, охраняемой драконом. Но, к сожалению, не все в жизни так сказочно. Единственные спящие существа, которые вот уже несколько десятков лет находятся в этом замке - разъяренные орсимеры, готовые продолжить делать то, что они делали до сна - крошить черепа членов культа Призывателей Ночи, которые, кстати, в данный момент спят с ними практически в обнимку.
Время:
Двадцатый день Начала Морозов 4Э202
Место:
Фолкрит, Данстар, Храм Вермины.
Список участников:
Корвин, Древис Андел, Кайла, Роанок Индориил.
Дополнительно:
-
Требуется ли ГМ:
Нет.

Отредактировано Корвин (2013-12-03 20:29:53)

0

2

Лошадь плелась по тракту, лениво виляя хвостом. Корвин постоянно чертыхался. В дороге он был уже несколько дней, при чем почти треть пути шел галопом или рысью, так что пах его горел так, словно наёмник проделывал путь не на своей кобылке, а на горящем скакуне из самого Обливиона. В добавок, похоже, собирался дождь, и что бы добраться до Фолкрита раньше, чем он начнется, нужно было пустить коня галопом, что вполне могло означать возможную гибель его будущих наследников еще до их зачатия. Еще раз мысленно выругавшись, Корвин попытался не думать о плохом и отвести мысли в другое русло. Собственно, он уже давно планировал вернуться на родину, желая повидать могилы отца и матери. Уже несколько лет Корвин не заходил в леса Фолкрита. Слишком много неприятных воспоминаний. Но рано или поздно нужно было это сделать. С возрастом начинаешь понимать всю ценность семьи и родителей. Жаль, что сказать об этом зачастую не успеваешь... Конь пустился в галоп, наёмник же посильнее сжал животное бедрами, поклацывая зубами. Когда мужчина добрался до ворот Фолкрита, со лба его стекали крупные капли пота вместе с первыми каплями дождя. Он был полностью вымотан ездой и не раздумывая двинул в сторону таверны. Верного скакуна по кличке Искра он оставил в конюшне, заплатив за место и корм пятнадцать септимов. Родные места ничуть не изменились. Изменились, скорее, люди. Раньше народ Фолкрита был довольно гостеприимным, сейчас же на мужчину бросали недобрые, озлобленные, иногда брезгливые взгляды. Да. Люди меняются очень быстро. Наёмник толкнул дубовую дверь таверны и та со скрипом отворилась. Людей внутри было мало.Слева, в углу помещения, несколько подвыпивших нордов активно резались в кости, справа, рядом с окном, сидел угрюмый то ли имперец, то ли бретонец, посматривая в недопитую кружку эля. Корвин подошел к стойке, за которой трактирщик активно протирал кружки и ложки, нервно посматривая на посетителей.
- Налей ка мне кружку пива, - устало протянул Корвин, протирая глаза. Трактирщик, как будто только что заметивший нового посетителя, тут же взял одну из протертых кружек и наполнил ее пойлом.
- Еще мне нужна комната на ночь, - продолжил наёмник, выкладывая на стол пятнадцать монет. Владелец заведения молча взял со стола монеты, кивнув в сторону дальнего угла, где в темноте можно было разглядеть дверь, по всей видимости ведущую в комнату. Так и не сказав наёмнику ни слова, трактирщик принялся опять вычищать до блеска свои кружки. Корвин хмыкнул. Он сам был человеком не очень разговорчивым, но такое поведение этого норда чем-то задевало его. Неужели весь мир стал таким, как он? Тогда что их ждет дальше? Мысли потонули теплой хмельной жидкости, которая растекалась внутри мужчины. Он не хотел думать. Он хотел отдохнуть.

Отредактировано Корвин (2013-12-01 03:07:28)

+1

3

Древис спрыгнул на землю, отряхивая плащ и перетаптываясь с ноги на ногу: путь в повозке был долгим, скучным и весьма неудобным - конечности успели онеметь, а в голове не было ни одной дельной мысли, что было редкостью для мага. Алхимик огляделся окрест, примечая, что Фолкрит ничуть не изменился: такие же глухие буреломы вокруг, такие же угрюмые взгляды в спины чужеземцам и незнакомцам. Хоть город и жил только лишь из-за лесопилок, расположенных около него, леса от этого не стали безопаснее - помнится, по ночам было невозможно спать из-за воя волков - хотя имперцы и пытались вычистить местность вокруг, получалось у них скверно.
Древис отблагодарил извозчика монетой и поудобнее перехватив заплечную сумку отправился в сторону главных ворот города - там данмеру пришлось расстаться с парой монет, дабы отвязаться от пьяного в стельку стражника, который пытался развязать свой язык в сторону темы об обнаглевших чужеземцах, наводнивших земли Скайрима!
Маг терпеть не мог пьяниц, а уж когда какой-нибудь пьянчуга пытался привязаться к нему, Андел мысленно молился всем известным и нет богам, дабы те отвели лихую голову в сторону - так и сейчас, хватило всего пары монет, чтобы стражник, шатаясь, отвалил прочь.
Итак, у меня есть скопленные деньги и все необходимое. Также у меня есть в запасе неделя, потому что потом архимаг снова созовет к себе в покои всех преподавателей и практикующих колдунов, чтобы донимать нас нытьем об утекающей силе и бичевать сроками! Как-будто бы один старый козел слабеет с каждым днем...
Алхимик с досадой дернул плечом, ускоряя шаг - если все это время дождик накрапывал еле-еле, то сейчас он плавно перерастал в ливень, размывая дороги и превращая их в канавы, полные грязи - маг перепрыгивал через особо глубокие лужи, жертвуя малым ради большего, и спустя четверть часа он уже был около таверны - колдун толкнул дверь от себя, разом вдыхая своеобразные запахи кабака: лошадиный пот, какая-то брага годовалой выдержки, вонь мокрой псины... К этому практически невозможно привыкнуть, если только не впитать это с маленства.
Будем надеяться, что здесь меня ждет успех, который я пытаюсь ухватить за хвост вот уже трое суток.
Древис заложил руки за спину, подходя к стойке и попутно оглядывая потенциальных наймитов: в углу сидела кучка пьяных нордов, которые с виду больше походили на фермеров или обыкновенных работяг, но никак не наемников. За столом у окна сидел едва живой бретонец, ласкающий кружку с элем, словно жену в кровати - к этому маг подошел бы в последнюю очередь, да и пивное брюхо у персонажа абсолютно не говорило в пользу его полезности. А вот в другом углу, что ближе к комнатам постояльцев, стол занимал определенно норд крепкого телосложения с пепельно-седыми волосами - он чем-то отдаленно был знаком данмеру. Амуниция норда впечатляла, как и свирепый, немного недалекий вид, хотя возможно недалеким он был оттого, что уже успел ополовинить кружку эля. Однако, что такое кружка эля для норда? Разве что эль здесь совсем плохой.
Древис положил на стойку 30 септимов, подзывая трактирщика.
- Козьего сыра собери на 5 септимов, два яблока и кусок жареной конины на 5 септимов. Все это упакуй поудобнее в корзину. - Андел поджал губы, наблюдая за тем, как трактирщик пыхтя что-то неразборчивое, складывает в корзину еду - в тоне его слышалось недовольство всем, чем только можно недовольствоваться.
Данмер дождался, пока трактирщик соберет корзину и с ней наперевес отправился к столику того самого угрюмого норда с видом головореза, увешанного оружием от ног до головы - он вполне годился в наймиты, да и память услужливо выложила образ этого человека. Древис уселся за стол, пряча улыбку и игнорируя косые взгляды норда и, сложив руки в замок на столешнице, заговорил:
- Добрый день, Корвин - я не мог пройти мимо. Ты помнишь меня?
Данмер вздохнул, доставая из корзины яблоко и надкусывая его - путь выдался тяжелым, а в дороге маг съел только лишь несколько полосок вяленого мяса!

- 38 септимов
+ головка козьего сыра
+ кусок жареной конины
+ 2 яблока

+1

4

"Так холодно, так гадко. Никакого тепла, никакого света."
Камень был холодным и гладким, его поверхность почти ровной, отчего так просто удавалась на нем лежать и не испытывать особых неудобств. И она лежала, упершись бессмысленным взором в глухое до просьб, молчаливое, затянутое войлоком облаков небо.  Сердце размеренно стучало, перекачивая пять литров крови, словно вечный маятник, иногда, правда, надсадно трепыхаясь, чуть, казалось бы, сбиваясь, а потом завод новую песню. Ее переполняла какая-то вязкая, непреодолимая тревога и желание чего-то, чего уже, к сожалению, вновь не повторится, тоска, обида, надежда. Все смешивалось, подкатывая комком к горлу, слезами к глазам, а потом, резко, расходилось, исчезало и даже начинало казаться, что жизнь прекрасна. Всего на пару секунд, но и этого было достаточно, чтобы перевести дух, втянуть в себя свежий воздух перед новой волной депрессии, которую невозможно было преодолеть сейчас.
Солнце не появлялось давно. Не то чтобы Кайлу это напрягало или удивляло, нет, сейчас она мало что замечала, просто ей не хватало тепла, хоть какого-нибудь, но тепла. Она мерзла и снаружи, и изнутри. Особенно изнутри.
Пара собранных в связку тушек зайцев лежала рядом с камнем, там же походная сумка и еще что-то. Барахло одним словом.
Ее рука опустилась, дотронулась до шкурок зайцев, слегка пропуская свалявшуюся шерсть через пальцы, девушка улыбнулась, а потом сомкнула руку, отчего мертвые, расслабленные ткани порвались и выступило пару капель. Еще пару минуту пожмякав бездыханное тельце, и убедившись, что это принесет ей пару семптимов, Кайла решила отправляться в обратный путь. В гости к своей милой матушке Валге.

Прогулка не развеселила ее, как это было раньше, не радовал лук, что так удобно висел на спине. Голова была опущена, пряди волос спадали на лицо. Шла она больше по памяти, почти не использую зрения, уходя куда-то очень далеко.
"Почему она ушла? Бросила меня?"
Слез больше не было, они уже высохли, не приходили ей на помощь, только бесконечная, давящая пустота в груди. 
И тут, вдруг, как-то совершенно неожиданно для Кайлы, пошел дождь. Первые тяжелые капли упали ей на лицо, вторые на плечи, а третьи уже достигли кожаных ботинок. Она закрыла глаза, чувствуя, как вода оставляет маленькие дорожки на лице, как будто смывая с нее всю грязь, весь страх, всю усталость, что была в ней. Будто унося боль, оставляя только пустоту. Прекрасную пустоту...

В таверне было довольно-таки много народу. Та же безликая толпа, что и каждый день, жаждущая бесплатной выпивки, вкусной еды да доступных женщин. Что здесь были в достатке. Кайла даже не посмотрела в зал, просто сразу же подошла к стойке, за которой хозяйничала Валга:
-Вернулась, девочка моя, - женщина радушно улыбнулась, смотря в глаза приемной дочери, но не увидела ничего, кроме безразличия да усталости. - Ну чего ты такая грустная?
Валга уже давно заметила странные изменения в ее преемнице. Некогда веселая, задорная девушка превратилась в ходячую тень, с ввалившимися глазами и бесконечно безразличным взглядом. "Что же с тобой, маленькая моя?"
-Я принесла пару кроликов, сегодня отловила, матушка, - вымученная улыбка.
-Ах...да, спасибо, маленькая, наши охотники что-то перестали нормальную дичь приносить. Держи.
На стол упали двенадцать звонких симптомов. По четыре за кролика. Кайла, чуть скривив уголки рта, посмотрела на свою "зарплату".
-Спасибо матушка, старалась.
-Куда уж мы без тебя, - без нотки сарказма в голосе, произнесла женщина. - Может, поешь, у нас тут много чего осталось после пирушки?
-Нет, матушка, спасибо, я не голодна.
Собрав в кулак монеты и бросив их в походную сумку, Кайла отправилась в подсобное помещение, переодеть свое истрепанное одеяние охотника в более приличное бело платье.

Пальцы быстро расшнуровали жилетку, с легкостью стянули рубашку с худощавого тела. Мурашки побежали по обнаженному телу. Руки скользнули вниз, расстегивая клепки на штанах, потеряв опору которые скользнули вниз по стройным, гладким ногам. Она замерла, позволяя телу расслабиться, почувствовать свободу, сбросить лишнее напряжения. Поднялась на цыпочки, потянулась. Наверное, это выглядело красиво. Миниатюрная босмерка, с плавными формами, бронзовой кожей, закрытыми глазами, распущенными волосами стоит почти обнаженной в крайне гармоничной позе. Наверное, красиво...
Девушка осела на колени, пытаясь найти в ворохе одежды ее платьице. И не смогла, не сдержалась,  закрыв ладонью рот, упав на голый живот, заплакала, точнее заскулила, а потом тихо завыла, пытаясь забить боль, рвущуюся наружу. Было так плохо, неимоверно, что казалось, будто что-то вырывают изнутри, разрывают мягкие ткани, дробят кости, вытаскивают внутренности.
-Кайла, ну где ты там, - громкий голос Валги разорвал тишину, приводя забившуюся в угол девушку в чувства.
"Надо уходить отсюда, немедленно, из этого города, от этого леса. Куда-нибудь. Я так больше не могу".

Таверна внутри была вся в тумане, от куривших, стоял крепкий запах алкоголя, пота и свежеприготовленной еды. Привычный запах для девушки, запах детства. Наверное, она предалась бы мечтательности, будь на то настроение, но сейчас внутри как обычно ничего не было. Девушка плавала между столами, разнося напиток за напитком, не обращая на попытки пьяных нордов, ухватить ее за мягкое место. Просто было не до них, не до этой приевшейся банальности. Стол за столом, человек за человеком. Одна натянутая улыбка за другой. Все слилось в одно. И поднятые руки напившихся, и громкий, развязный смех и запах жаркого и дурман алкоголя.
-Девушка, - очередной посетитель.
-Да, слушаю вас, милые господа, - голос уже давно жил отдельно от нее, а улыбка будто приросла к лицу.
Перед ней сидела странного вида парочка. Матерого вида наемник и умудренный опытом данмер. Маг и воин. Две личности, которые сошлись тут явно не по старой дружбе, слишком уж они разные и угрюмые для близких людей. "Да какая мне разница" - отрешенно подумала девушка и улыбнулась еще шире, ожидая заказа.

Отредактировано Кайла (2013-12-01 23:14:52)

+3

5

По мере опустошения кружки настроение Корвина быстро повышалось. Благодатное тепло разливалось по его внутренностям, что не могло не радовать норда. Теперь он даже не проклинал судьбу, занесшую его в этот город, а наоборот, радовался хмельному напитку и ожидавшей его теплой кровати. Несмотря на все эти прелести, боги решили подарить ему еще один "подарок". Некая особа, которая, казалось бы, нагло ворвалась в личное пространство наёмника, оказалась никем иным, как Древисом Анделом, данмером, магом из Коллегии Винтерхолда. Не сказать, что они с Корвином хорошо знали друг друга, но примерно пол года назад случилось событие, после которого Волк мог смело отнести данмера в категорию "хорошие знакомые". Именно поэтому на приветствие остроухого он ответил легкой приветливой ухмылкой. Как ни странно, искренней. Он редко искренне улыбался. Даже сейчас, скорее всего, причиной тому был хмельной напиток, наполнявший его кружку уже на четверть. Но в любом случае, он был рад увидеть в этом унылом месте хоть одно знакомое лицо
- Трудно забыть... - посмотрев на корзину с едой, наёмник как бы вспомнил, что и крохи во рту не держал с самого утра. Надо бы подкрепиться. - Как ты забрел в эти края, Древис? Неужто сбежал из-под юбки самого Архимага? - спросил норд, доставая из лежавшей рядом со стулом сумки кусок вяленой оленины. Ответить данмеру он не дал, так как увидел проходящую мимо официантку - дивную розу среди окружавшего ее дерьма. Стройная лесная эльфка невысокого роста, зато с прекрасным телосложением и круглыми формами так и притягивала опьяневшие взгляды посетителей.
- Девушка, - Корвин подозвал ее к себе. По лицу ее было заметно, что она совсем не рада подобному окружению. Оно, собственно, и понятно. Хотя было в ее взгляде что-то еще. Что-то не настолько тривиальное, как недовольство сложившейся жизнью. И почему то до боли знакомое самому Корвину.
- Нам, пожалуйста, две кружки лучшего эля, - протянул наёмник, и уже через мгновенье девушка направилась дальше, принимать заказы посетителей, Корвин же наблюдал за попытками пьяных нордов потрогать ее прелести, скривив лицо в угрюмом негодовании. Не мужчины, а кучка свиней.
- И все таки, как ты сюда попал? - наёмник опять обратился к данмеру, который принялся уплетать яблоко за обе щеки. Похоже, тот тоже еще недавно был в пути. Корвин, оторвав кусок оленины, подсунул его ближе к эльфу, сам же принялся активно уписывать второй кусок, мысленно провозглашая эту оленину пищей самого Талоса.

Отредактировано Корвин (2013-12-02 04:13:41)

+2

6

Древис доел яблоко и положил огрызок на столешницу, вытирая руки о полы плаща - ему здесь абсолютно не нравилось, и в первую очередь заставлял кривить носом запах, а уж потом и пьяная брань, доносящаяся из-за стола, где норды бросали кости. И если говорить начистоту, то маг был очень и очень рад: встретить старого знакомца тогда, когда он уже практически отчаялся и хотел направиться в Вайтран, дабы нанять там одного из соратников - большая удача! Учитывая и то, что Корвин умел обращаться с клинком и знал, куда надо ударить, дабы больше удара не потребовалось - план данмера был довольно детальным, но никогда не стоит исключать возможность неполадок или погрешностей. Колдун скосил глаза на мясо и заговорил, доставая кинжал и отрезая себе кусок:
- Архимаг нынче совсем не тот, что раньше, Корвин: силы покидают его, и это перестало быть тайной уже давным-давно - обстановка меняется, полетят головы, ведь нагретое кресло руководителя хочет занять каждый, - маг откусил мяса и спрятал кинжал, кивая самому себе, - но ведь тебе не интересно слушать интриги и лживые сплетни Коллегии? Как и мои пространные рассуждения... Я объездил чуть ли не весь Скайрим, Корвин, и не единожды слышал о Черепе порчи, артефакте большой силы, который формально принадлежит Вермине, но фактически лежит себе в её храме близ Данстара. Я хочу отправиться туда и получить Череп, а ты меня прикроешь и не дашь старине Древису лечь там костьми. - Алхимик доел оленину, складывая руки замком на столе. - Я не хочу распространяться, зачем и для чего мне нужен посох, по крайней мере здесь.
Древис проводил взглядом молодую босмерку: юное дитя, ведь ей сложно было бы дать больше двадцати, лавировала между грязных деревянных столов, стараясь не обращать внимания на шлепки и сальные шуточки постояльцев, однако получалось плохо.
Каждому своя доля, и уж всяко лучше так, чем под открытым небом и без крыши над головой.
Колдун понимал, что от его предложения наемник вряд ли откажется: это не тот тип, который захочет вникать в планы соратников и пытаться урвать свою часть пирога - это как нельзя кстати, учитывая, что об их экспедиции должно знать как можно меньше народу! Древис уселся поудобнее, ожидая кружку доброго эля - сейчас было бы неплохо отдохнуть с дороги и хорошенько выспаться, возможно, удастся отыскать в этом городишке ещё одного наемника с твердым, как эта столешница, лбом, который не будет задавать лишних вопросов - его можно будет оставить в храме с перерезанным горлом, пресекая тем самым возможные слухи.
Как же все начиналось? Обыкновенная история: маг был не чужд амбиций и честолюбия, потому считал себя наилучшей кандидатурой на пост главы Коллегии, только вот сам архимаг умирать отчаянно отказывался, вытягивая последнюю кровь из своих подопечных - на его пост метили ещё как минимум двое, и эти двое  - молодая кровь! Данмер не хотел ввязываться в противостояние, учитывая, что он был не силен в умении плести интриги и гадить крупно, однако при грамотно проведенной стратегии его план удастся провернуть идеально! И ключевым звеном здесь был Череп порчи, вот только согласится ли хозяйка так просто отдать свой артефакт? Поглядим, посмотрим.

+1

7

- Нам, пожалуйста, две кружки лучшего эля, - хмельная улыбка и взгляд из-под бровей, серые волосы до плечь, шрамы, украшающие почти все лицо. Крепкие руки, даже сейчас напряженные, держали уже пустую кружку.
Кайла только кивнула и тут же растворилась среди толпы посетителей, все так же думая о чем-то своем. Ей почти не раздражали пошлые шутки пьяных мужиков, почти не смущали лезущие ей под подол руки, не забивал ноздри сильный, душный запах еды, алкоголя и немытых тел в совокупности с вонью чей-то блевотины.
Очередной посетитель грубо ее одернул:
-Девушка, не хотите ли ко мне на коленку?
-Вам эля, может, медовины, - расплылась в безразличной улыбке Кайла, чуть наклоняясь к нему.
-Эля давай, девка, - громкий гогот и запах перегара вперемешку с запахом нечистот.
Поджала губы и слегка откинула голову. Она пыталась еще раз кинуть взгляд на странную пару.
"В книжках так всегда. Двое странных в таверне" - неожиданная, веселая мысль проскользнула в ее загнивший от вечной таски разум. Грудь наполнилась свежим воздухом, маленькой порцией жизнь снова попала ей в организм, разливаясь по всему телу с очередным сокращением сердца.

-Матушка, два самых лучших эля и один разбавленный, - крикнула Кайла, чуть перегибаясь через перила лестницы, которая вела вниз, в подвал.
Валга выглянула из-за косяка, расплылась в улыбке.
-Очередной громила насолил моей девочке? - спросила женщина, оттирая грязь со лба и жмурясь от слишком яркого освещения в верхней комнате.
Кайла кисло улыбнулась, поправила спадающую прядь и начала спускаться вниз, в подвал. Где Валга уже залихвацки лила какую-то муть в одну из кружек.
-Прости, меня, что заставляю тебя тут работать, знаю, не благодарные эти твари в конец измотали.
Кайла снова состроила какую-то гримасу, похожую на что-то между горькой ухмылкой и улыбкой полного безразличия. Ей было уже, действительно, все равно, что творили посетители. Пьяные норды всегда так себя вели: разнуздано, агрессивно и хамски. И если в свои шестнадцать, когда ее только выпустили в зал, она пугалась их невоспитанности и примитивности, то теперь это все слилось, смешалось и превратилось в обыденность. Порой норды написались настолько, что даже щупленький данмер становился жертвой их желания плотских утех. До каких только курьезов не доводил старый, добрый эль.
Кайлу никогда не посвящали в тонкости отношений между полами. Все что она знала, знала из книг. И знания эти были скудными, поверхностными и крайне далекими от действительности. Она никогда по-настоящему не нравилась никому и никогда никто ее не привлекал. Про любовь она знала только с бумажных страниц. До встречи с Эйлой. До нее она даже не совсем понимала, зачем мужчины по пьяни пытаются к себе притянуть, потрогать за мягкие места. А Валга же считала, что ее девочка и сама все знает. Сейчас же представление пришло и лучше от этого осознания ей не стало. Разве что мир стал как-то менее красочнее, ярче."Наверное, так становятся стариками" - пропитанная глухой болью мысль пронзила сердце девушки.
-Держи, да поосторожнее, не разлей, - Валга протянул большущий поднос.
Кайла не ответила, а почти тут же поднялась, готовясь снова попасть в руки алчным, жадным до утех посетителям.

Двое мужчин явно увлеклись разговором, отгораживая себя от невероятного гомона и шума, царившего вокруг. Именно поэтому они не сразу заметили Кайлу, которая плавно, перетекая от стала к столу, возникла рядом сих столом.
-...я объездил чуть ли не весь Скайрим, Корвин, и не единожды слышал о Черепе порчи, артефакте большой силы, который формально принадлежит Вермине, но фактически лежит себе в её храме близ Данстара. Я хочу отправиться туда и получить Череп, а ты меня пр... - ушки эльфки уловили разговор. На секунду она остановилась, попыталась прислушаться, но темный эльф заговорил вдруг тише, более бегло, а норды рядом громко засмеялись, перекрывая все попытки девушки подслушать еще что-то.
- Ваш эль, отборный, - натянутая улыбка, легкий наклон в пояснице, почти незаметно брошенный взгляд на беловолосого наемника.
Только кружки коснулись стола, она снова слилась с обстановкой, обращаясь то к одному, то к другому столу.

Дерево под головой казалось твердым. Слишком. Оно царапало кожу. А изнутри царапали мысли промозглые, холодные и убивающие, сжигающие изнутри. Глаза полузакрыты. Воспоминание вспыхивало за воспоминанием. Изгибы ее тела, улыбки и даже редкий смех, тепло, прикосновение ее рук. Мурашки пробежали по плечам, по груди и вниз к животу. Кайла сглотнула, глубоко выдохнула. Уже дело шло под утро. Посетители или спали, или расходились, кто-то очищал желудок при помощи сокращения своих органов прямо на пол, кто-то храпел, сидя перед костром. Валга важно натирала стол. Иногда, бросая взгляд в сторону, Кайлы  улыбалась. Кайла благосклонно отвечала ей, а после снова уходила в сонные, полубредовые фантазии.
А те двоя о чем-то еще разговаривали. Оба странные, неподходящие под общую обстановку. Другие. И у них были цели. Она еще раз проработала услышанную фразу "Я читала про этот череп...Вермина..." - мозг требовал сна, отказывался ей подкидывать идеи, а тем более размышлять над ними. "Кайла, да тебе какое дело..." - она зевнула, вытерла руки о подол и направилась к их столу.
-Господа, не соизволите еще что-нибудь? Или уж разойтись по комнатам хотите? - снова этот вульгарный прогиб и взгляд прямо в глаза наемнику. Он был хмельной. И чересчур улыбчивый. А еще "другой". Опять это слово. И таким же "другим" был его собеседник.
- Может, вам нужна какая-нибудь другая услуга?
Два усталых взгляда на ней. Взгляд мага был безразличный и пустой с толикой жалости. Темная кожа, узоры на лице, это роба, странного цвета волосы, тонкие, налитые кровью глаза. Маг, алхимик, некромант..."Возможно" - добавила про себя Эйла.

Отредактировано Кайла (2013-12-03 02:47:33)

+1

8

Корвин моментально посерьезнел, несмотря на весь выпитый алкоголь. Молодая босмерка поднесла две кружки эля, поставив их на стол. Наёмник кивнул, провожая ее угрюмым взглядом. Он слышал про Череп, и про старинный храм Призывателей Ночи, именно поэтому начал говорить тише, посматривая по сторонам, на хмельных посетителей.
- Если бы я не знал тебя, Древис, я послал бы тебя куда подальше прямо сейчас, - взгляд норда наконец встретился со взглядом данмера. Лицо его было холодным, но глаза выдавали кипящий в нем котёл эмоций. Он сразу понял, в чём дело. Переворот в Коллегии Винтерхолда - дело опасное. Но на то он и был наёмником, чтобы не задавать лишних вопросов. По крайней мере, пока что. - Ладно, Древис, я тебе помогу. Надеюсь только, план у тебя есть. Подробности обсудим завтра, наедине. Слишком много ушей. А сейчас все таки расскажи, что творится в Коллегии. Ваши интриги частенько влияют на нашу жизнь, знаешь ли.

Они просидели в таверне всю ночь, не спеша потягивая эль. Корвин поведал данмеру, что за последние полгода ничегошеньки не изменилось. Он все так же гоняется по центральному Скайриму в поисках работы, денег едва хватает на зализывание ран после стычек с разбойниками. Все как обычно, в общем то. Наконец поняв, что под действием хмельного он заболтался, Волк предложил Древису отправиться на боковую. Как нельзя кстати появилась босмеока-официантка, предложившая им помощь.
-Господа, не соизволите еще что-нибудь? Или уж разойтись по комнатам хотите? - юное лицо порозовело и оживилось. Похоже, настроение эльфки было обратно пропорционально количеству посетителей заведения. Корвин еще раз посмотрел на данмера, после чего перевел улыбчивый взгляд на девушку.
- Проводите меня в комнату, а то я что то запамятовал, - норд поднялся со стула и осмотрелся. Трактир был практически пуст, за исключением пары нордов, по всей видимости, заканчивавших партию в кости. - До завтра, Древис. Подняв с пола рюкзак, он направился в сторону тёмного угла, где, если память ему не изменяла, находилась дверь в его комнату.

+3

9

В таверне было сравнительно тепло и сухо, а добрый эль расслаблял и неплохо давал в голову - Древис успокоился и все тяжкие мысли перестали тревожить ум мага. Данмер прислонился спиной к стене и принялся рассказывать Корвину. О том, что Коллегия - далеко не теплое гнездо науки, о бытовом и научном укладе, принятом там, о сотрудниках и учениках, о конфликтах и вражде. Все это было важно, ведь они собирались провернуть опасное и трудное дельце - это не зачистка пещеры, где не нужно просчитывать каждый шаг кропотливо и тщательно - любые сведения были полезны, а уж данмер за свои года успел проникнуться атмосферой Коллегии до мозга костей и знал всю подноготную практически каждого её члена. Андел говорил и говорил, увлекаясь и иной раз сбалтывая то, чего говорить, возможно, не следовало.
Древис словно бы освобождался от какой-то глубинной тяжести: он не имел близких друзей в стане магов, если не считать редких учеников, которые глядели ему в рот - это не то, совсем не то. Колдун привык к работе, трудной, постоянной и выматывающей: он не умел лениться и подолгу сидеть на одном месте, он плохо умел отдыхать, однако сейчас это было не в тягость - возможно потому, что речь лилась свободным потоком, и радовала не только слушателя, но и оратора - усталость, что была почти хронической, переставала быть гнетущей! Данмер словно бы делал свое настоящее, любимое дело, и плоды его вот-вот будут видны.
А ведь правильно норды делают, что терпеть не могут магов, Коллегию и поносят её, на чем свет стоит - всем нам нет дела до того, что происходит дальше нашего носа, все мы мним себя великими творцами или разрушителями, копаемся в своем мелком дерьмишке, словно бы оно важнее того же самого дерьмишка вот этого вот пьяницы, который поутру приползет домой весь грязный и опухший, и, выспавшись с пару часов, пойдет искать новых приключений! Или, к примеру, барды - вот уж точно: не жизнь, а сказка, но так ли это? Зато мы, забывая все свои регалии, бросаем монетку тому, кого нам стало жалко - великодушие это? Нет, это уж точно.
Древис погружался в эти мысли, говоря все более отрывисто и несвязно - Корвин откровенно заскучал, опустошив уже Талос знает какую кружку эля.
- Господа, не соизволите еще что-нибудь? Или уж разойтись по комнатам хотите? - Над ухом раздался звонкий, юный голос ночной подавальщицы. Данмер поднял голову и не увидел затравленный комок нервов, который натужно улыбается - девчонка действительно была рада чему-то своему, расправила плечи и подбородок не был опущен, а с глаз пропала мутная пелена. Усмешка чуть было не прорезала губы алхимика: он распознал себя в этой босмерке - он тоже порхал в перерывах между изнурительными тренировками отца около новехонькой алхимической лаборатории, рвался в Коллегию, как взрослый норд в кабак - эта особа точно также рвалась наружу. Весь Скайрим перед ней, а здесь только грязные руки на заднице и звук стукающихся друг о друга кружек, громкие песни и брань, незамысловатая музыка - Андел мог понять девочку. Однако фраза о других услугах заставила мага улыбнуться.
- Нет, мне не нужно услуг - передай мою благодарность хозяйке за добрый эль. - Колдун подмигнул босмерке и поднялся со стула, поудобнее перехватывая корзину и наплечную сумку: улыбка сошла с его лица, давая место привычному выражению. - Корвин, я буду ждать тебя здесь на утро следующего дня - отдохни и выспись как следует - от тебя несет, как от доброго норда, который выполнил трудовой долг на неделю вперед. - Андел хмыкнул и положив на стол десять септимов, вышел из таверны, надеясь, что они попадут в правильные руки.
Данмер вдохнул прохладный воздух полной грудью и быстро зашагал по разъехавшейся дороге, стараясь не попадать в лужи. Свежий, прохладный воздух приятно холодил кожу, а утреннее ощущение окружающей чистоты и нетронутости не позволяло свалиться от усталости, словно загнанный конь.
Колдун направлялся к алхимической лавке, дабы запастись всем необходимым: мало ли, что случится в пути, а также Древис хотел повидаться со своей старой знакомой.
Лавка была все та же: покосившаяся дверь, соломенная крыша, мокрая от дождя, а в окне виднелся тусклый свет от свечи. Древис вошел внутрь, стряхивая грязь с ботинок - Зария, по своему обыкновению в этот час, сидела за столом и писала на свитке пергамента рассчетные алхимические формулы: она кивнула посетителю, словно Древис заходил сюда каждый вечер. Они обменялись парой слов, а затем Древис купил все необходимое, рассчитался и вышел - редгардка была верным другом и маг не сомневался, что при всей своей нелюдимости она предоставит ему и кров, и пищу.
Усталость наступала со всех сторон, заставляя спотыкаться и путаться в ногах - шаг стал тяжелым и словно бы чужие ноги несли мага к таверне. Там колдун поприветствовал кивком хозяйку, снял комнату и попросив разбудить его ровно через сутки, отправился спать.
Данмер упал на кровать, как мертвый: какие бы тяжелые мысли ни были, все они померкли под покрывалом сна - он пришел мгновенно и был глухим: если бы кто-то хотел прикончить алхимика во сне, у него была бы уникальная возможность сделать это тихо, быстро и наверняка.

+2

10

«Предки, что за сборище?» Роанок устало прислонился спиной к косяку двери, стряхивая капли с плаща резким движением. Через проклятый ливень он промок до нитки, и только благодаря чуду смог сквозь дождь заметить огни селения. Естественно, таверна не была райским местом, однако на голову не капало, в очаге пылал и пыхтел огонь, а с балок приветливо свисали кролики и фазаны в окружении трав. После ночи в холодном лесу, после бегств от стаи голодных волков по разбитой колдобинами дороге, где его лошадь чудом не сломала ноги, а он шею, после ужина ломтем хлеба да глотком воды подобное заведение было ему слаще дворца ярла. Впечатление портили только с десяток нордов, которые упрямо вливали в себя эль и мёд, явно пытаясь увидеть свой легендарный Совнгард уже сегодня. Парень скривил губы, он не любил подобные деревушки: вроде бы и стен крепостных нет, и стражу можно по пальцам пересчитать, а воровать нечего – прижимистые норды предпочитали прятать кровно заработанные септимы не в ящики, а под подушку, и преследуют вора всей сворой с неизменными вилами и факелами. Сбросив с головы капюшон, парень провел рукой по ершику волос, слипшихся в бесформенный комок – мысли мыслями, но есть хочется, и спать тоже, и служанку щипнуть за упругую попку, даже если это будет стоить пощечины. Как барду, у него была только одна возможность заработать себе кровать с котелком супа – спеть. Скользнув острым, как нож, воровским взглядом по собравшейся компании, не заметив собрата по профессии, юноша порядком приободрился – либо у них вообще нет своего барда, либо тот пьяным валяется под столом. В любом случае, хозяин будет ему рад, и делиться деньгами ни с кем не придется. «Рок, старина, не медли, или простоишь так до нового пришествия Неревара.» В желудке весьма громко заурчало, от ароматов пищи рот мгновенно наполнился слюной, и, умело лавируя между пьянчужками, данмер подошел, нет, подбежал, нет, подплыл к стойке. Взгляда хватило понять, что с пары «мужчина-женщина» заправляла таверной именно крепкая полногрудая и с виду цепкая к деньгам нордка, тогда как мрачноватый трактирщик был всего лишь наемным слугой. Это малость упрощало его задачу, и юный мер улыбнулся той улыбкой, от которой все женщины заливаются краской, поправляют локоны волос или стыдливо прикрывают пятно на фартуке.
- Хозяйка, найдется вино для усталого путника, который исколесил целый мир? В алых глазах данмера играл тот самый бесенок, который почему то нравится всем старым девам, и пусть это был риск, но вряд ли в компании выпивох сидит ревнивый муж, а себе цену набивать бардам приходится всегда. К тому же, пусть он и не любитель женщин постарше, однако легкий флирт и парочка лишенных смысла комплементов всегда помогают сделать похлебку сытнее, а вино лучше. В худшем для парня случае ночь скроет все, а утром он даже сможет стянуть безделушку из шкафчика хозяйки. Жизнь научила вора использовать любую возможность в свою пользу, какой бы отвратительной она не была.
- Вино найдется. 12-ть септимов бутылка. Бесенок грустно обнял колени, улыбка разлетелась вдребезги об стальную неприступность женщины. В жизни Соловья случались провалы, и он привык к ним относится стоически, потому продолжал улыбаться – женщиной больше, женщиной меньше. К тому же, волновал более важный вопрос – во сколько оценят его способности как барда. К примеру, накормят его забесплатно, или выбросят пинком под дождь. Пальцы парня крутнули серьгу в ухе, он же все еще улыбался весело и непринужденно.
- А если я развлеку гостей песней? Меня знают в Вайтране, я вхож в покои ярла Солитьюда, владыки Данстара и Морфала слушали мои песни за обедом…  Не давая опомнится хозяйке, он с живостью заправского торгаша вытащил с заплечного мешка свою любимицу лютню и с силой ударил по ней пальцами, выдав мелодичный громкий звук. Понимая, что на кону его репутация барда и возможный ужин, мер юлой развернулся на каблуках, обращаясь к пьяной публике неожиданно звонким сильным голосом:
- Храбрые норды, гордые северяне, я спою вам одну с моих самых любимых песен. Именно с нее я начинал свое обучение барда в славной столице Скайрима! Несмотря на вольные манеры и самоуверенный вид, Соловей совсем не знал, что петь этому сброду, который удивленно таращил на него зенки. Кого именно поддерживает местный ярл в лице своего народа, юноша не помнил, потому весьма банальные «Век произвола/притеснений» отпадали. Петь о любви и романтике, как нравится различным танам и их дочерям, тоже было глупо – норды привыкли решать любовные проблемы кулаками, а не страданиями. А значит, оставались только разгульно-веселые песенки. Особенно одна, невыносимая парнем. «Ох, предки, лучше бы я остался вором.»
- Жил да был Рагнар Рыжий, героем он слыл, как-то раз он в Вайтран ненадолго прибыл... К счастью, голос у парня был отличный, пальцы умело перебирали струны лютни, да и норды были уже весьма навеселе. Тем не менее, при первых звуках песни они мгновенно подняли глаза на юношу, отчего у последнего неприятно засосало под ложечкой. Одно дело, выступать в кругу относительно цивилизованных, как на нордов, дворян. Другое – петь для смердов.
- Он куражился, пыжился, бряцал мечом, похваляясь что враг ему всяк нипочем. В глазах нордов застыло какое-то нехорошее выражение, от чего данмеру резко захотелось сменить лютню на кинжал, но он продолжал отбивать ногой такт, перебирая струны лютни. «Ох, сейчас в меня полетят обьедки и пивные кружки. Потом табуретки. Потом кто-то решит обрезать мои уши, раз они серые. Потом… Эх…» Такова была жизнь барда – в тебя летели либо деньги, либо мебель.
- Но вдруг Рагнар Рыжий как лютик поник… Он услышал Матильды насмешливый крик. Выдохнув, Соловей набрал в легкие воздуха, улыбаясь во всю ширину своего узкого ехидного рта. Усы одного с нордов вздрогнули, второй залпом осушил кружку с пивом, вытирая после рот тыльной стороной ладони, третий заерзал на лавке, разворачиваясь к барду лицом. Это был переломный момент, вся публика была заинтригована его пением, пусть даже все знали песню, и теперь только от самого барда зависел конец его выступлению. «Талмора на вас нет.»
- Что блажишь ты, что врёшь, что ты мёд здесь наш пьёшь? С нас довольно – готовься, сейчас ты умрешь! От напряжения на висках парня выступили капельки пота, но он все равно улыбался радостно и широко, будто не кучке пьяных нордов пел, а старым, самым дорогим в мире друзьям, и ни разу его голос не дрогнул, а лютне не выдала фальшивой мелодии. Тряхнув головой, парень сделал вдох, продолжая в быстром, шутливом темпе распевать.
- Лязг стали о сталь беспрестанно звенел, и Матильды воинственный дух пламенел! Один с нордов, неожиданно, начал отбивать кружкой такт. Его сосед – топать ногой. Через секунду пьяная толпа ревела, громыхая посудой, криво и вкось, но подпевала! Парень, поддерживая их задор, все быстрее и сильнее ударял пальцами по струнам, распевая во всю свою серебряную глотку.
- И унял с тех пор Рагнар хвастливую речь… Как слетела башка его рыжая с плеч! Последнюю строку он даже не спел, а проревел вместе с прочими обитателями, завершая песенку звонкой трелью. Один с нордов смахнул слезу со щеки, второй поправил усы, крича что-то о Совнгарде и лирике, третий вообще высказал свое восхищение столь невежливо, что благопристойной девушке стоило бы упасть в обморок на месте. Соловей благопристойной девушкой не был, а потому, пыхтя и сопя, он развернулся с победной улыбкой к хозяйке, уверенно облокачиваясь о стойку.
- Не жди большего, чем похлебка и эль, лошадь твою тоже накормят. На большее не надейся, у нас здесь не Вайтран, и слушатели не вхожи к ярлам. Всю мелочь, что соберешь, оставь себе. И спой лучше что-то о любви... Женщина облокотилась о стойку, а бард потянулся за налитой кружкой эля. Вечер только начинался.

+2

11

- Проводите меня в комнату, а то я что то запамятовал, - норд был достаточно сильно пьян, но при этом достойно держался. Руки распускать не пытался, в глазах - осмысленный блеск, только слегка пошатывающаяся походка, но после, наверное, десяти бутылок это можно было смело назвать невероятной выдержкой.
- Конечно, пойдемте, - почти искренняя улыбка. Легкое касание рукой его сильного плеча.
Кайла шла впереди, чуть прикусив губу. Она уже начала пьянеть от заполнившего все пространство терпкого хмеля. Румянец заливал ее щеки, мысли приняли более низменный и пошлы характер.
Они спокойно продвигались между столиков, пьяных нордов и разбросанной посуды.
- Вот, вам сюда - плавное движение рукой, наклон головы.
Девушка почувствовала, как он ухмыльнулся. Резко отварилась дверь в его покои.
- Ну что же, спокойной ночи, - чуть натянутый голос.
-Спокойной ночи. И удачи в поисках черепа порчи...
Пальцы сами поднялись к чуть приоткрытому рту, глаза расширились от удивления, резко поднялись вверх брови. Девушка дернулась, боясь увидеть перед собой злого, опьяневшего норда.
-Ничего... - пробормотала она и тут же, пока мужчина ничего не понял, растворилась в теплом свете таверны.
"Дура...Какая же ты дура!"

В комнате было тихо, но тишины не было. Таверна жила даже в ранний час. Где-то за стеной Валга натирала кружки. Храпели в соседней комнате постояльцы. Кто-то ходил между столов, иногда останавливаясь, вытирая столы, трескал огонь, над котором готовилось жаркое, готовящееся дл завтрака, стучали бутылки с элем, небрежно переставляемые с места на место, кто-то уронил бочонок под окнами и громко ругался, заржала лошадь в конюшне. Было тихо, но тишины не было.
Нестерпимо кружилась голова, безумно хотелось спать. Она буравила взглядом серый потолок, потихоньку борясь с осознанием, что четыре часа для сна - мало. Даже для нее. Кровать была слишком мягкой, как всегда, как обычно она страдала, оставаясь здесь, среди кажущегося уюта. Уюта для какой-нибудь молодой нордки, вздыхающей о юном норде-кузнеце, но не для нее, не для дитя леса, привыкшего лежать на лесом мхе больше, чем на мягкой перине.
Кайла медленно скинула с себя одело, отдавая свое тело во власть прохладного воздуха, почувствовала как мурашки бегут по животу, по бедрам, вниз, к пальчикам. Потянулась и подняла торс, обняла руками обнаженную грудь, широко открыла рот и сладко зевнуло.
Утро.
- Доброе утро, матушка. Не ложились? - Кайла взялась за тряпку, начиная разбирать остатки посуды со столов.
-Нет, - усталая, вымученная улыбка. - Да пока с этим бардом разобралась. Герой-любовник недоделанный.
Кайла засмеялась едкому замечанию Валги. Да...этот бард был крайне раздражающим весь вечер. Пел он сносно, конечно, но вел себя так, словно был здесь знатью среди простых крестьян. Девушке никогда не нравилось подобное поведение.
- Эх, девочка моя, сейчас уж, думаю, можно старой женщине и поспать пойти, - матушка зевнула, потерла глаза рукой и кинула старый кусок льняной ткани на стол, начала развязывать фартук.

Таверна опустела, заполнилась атмосферой расслабленности и сна. Девушка сидела за стойкой, клевала носом, лениво проводя пальчиками по неровностям дощатого стола иногда заправляя выпадавшие волосы за ухо.
"Боже...Что я ляпнула...как я могла такое сказать" - эта мысль не отпускала ее с того самого момента, когда она в панике, подхватив подол, уходила от норда. "Надеюсь, не вспомнит" - слабая надежда пыталась отогреть, но это не получалось.
А тем временем в одной из комнат раздался шум падающего тела. Кайла дернулась и подняла глаза вверх. Шум исходил из комнаты того самого норда.

0

12

"Спокойной ночи. И удачи в поисках черепа порчи..." Корвин осознал услышанное только когда уже развалился крестом на мягкой, на удивление чистой кровати. Возможно, в трезвом состоянии он немедля поймал девчонку и привел к Древису, но усталость, которая еще недавно отступила перед напором доброго эля, сейчас нахлынула с новой силой. Побежденный сонливостью Корвин решил, что данный вопрос он обсудит с данмером с утра, а сейчас ему следовало отдохнуть, учитывая то, что через окно уже виднелись первые лучи солнца, обагрившие восточную часть небосклона. Веки норда сомкнулись, он уснул почти мгновенно.

Корвин бежал по склону холма вверх, дорогу ему преграждали разноцветные столбы огня. Было очень жарко, как будто он попал в сам Обливион. Мимо него летели огненные шары, мимо проносились безликие горящие люди. Их головы полыхали, непонятно откуда они издавали страшные вопли. Но Корвин не останавливался. Он бежал и бежал, как будто там, на холме, его что-то ожидало. Его цель. И вдруг, он увидел знакомый силуэт в светло-красном плаще.
-Древис! - собственный крик звучал как то отдаленно, как будто кричал не он, а кто-то другой. И тут он увидел огромный силуэт, парящий над данмером. На огромной голове существа полыхали кроваво красные глаза, тело его извивалось прямо в воздухе, поддерживаемое широкими крыльями. Дракон взревел, тут же выдыхая струю огня на землю, которая моментально поглотила и эльфа и его самого...

Корвин открыл глаза только тогда, когда возможности предотвратить падение уже не было. Он лежал на боку и, резко приподнявшись еще во сне, тут же потерял равновесие, заваливаясь вперед и падая с кровати. Ночной кошмар. Давно ему уже ничего не снилось, а тут такое. Наёмник поднялся на ноги, потирая пострадавший при инциденте лоб. Проспал он, по всей видимости, не мало - солнце уже уверенно двигалось в сторону своего зенита.  Голова раскалывалась, из-за чего нахлынувшую на него вчера волну доброты сменила привычная угрюмость. Норд осмотрелся: комната была небольшой, но чистой и довольно уютной. Самым грязным предметом во всем здешнем интерьере являлся он сам, и этот факт, почему-то, сильно его беспокоил. Натянув на себя только рубаху и штаны, Корвин направился в основной зал. Таверну было не узнать. Еще вчера вечером она была похожа на грязную помойку, от которой несло выпивкой, блевотиной и потом наполнявших ее нордов. Теперь же она была убранным, чистым заведением, где витал запах шалфея и сирени. Да, хозяйка действительно знала свое дело. Обстановка немного переменила настроение Корвина в лучшую сторону, но его голова все еще невыносимо болела. И тут взгляд его пал на стройную фигуру юной босмерки, а в голове начали всплывать некоторые вчерашние факты. Норд подошел к стойке. Ему хватило ума пока что не вспоминать вслух вчерашнюю фразу босмерки - нужно было дождаться Древиса.
- У вас тут можно искупаться? И, да... - немного подумав, наёмник решил лечится тем, чем и болел. - Налей-ка мне кружку эля, - Волк выложил на стол монеты. Девушка молча кивнула, открывая бутылку эля и наливая содержимое в кружку, после чего скрылась в двери позади. Наёмник остался за стойкой, потягивая хмельной напиток. Уже после половины кружки он почувствовал облегчение. Ясность мыслей восстанавливалась, Корвин начал обдумывать все вчерашние события, параллельно оценивая обстановку. Таверна утром пустовала, и, честно говоря, сейчас она нравилась больше, чем вчера. Девушка явилась спустя некоторое время и позвала его за собой, вглубь здания. Пройдясь по короткому коридору они свернули налево, оказавшись в подсобке, увешанной разного рода инвентарем. Посреди нее стояло небольшое корыто, наполненное водой. Рядом с ним, на стуле, лежал кусок мыла и, о боги, чистая рубаха.
- Спасибо, - коротко ответил норд, проводив босмерку взглядом. Да уж, повезло ему с местом ночевки. Раздевшись, он осторожно забрался в наполненное водой корыто, чувствую благодатное тепло, растекающееся по его коже. Корвин глубоко выдохнул, закрывая глаза и расслабляясь...
Наёмник вернулся примерно через пол часа, на полную грудь вдыхая аромат шалфея и сирени. Взяв со стола недопитую кружку эля, он присел за тот же столик, за которым вчера сидел с Древисом, и начал небольшими глотками потягивать пойло, то и дело косо посматривая на босмерку.

Отредактировано Корвин (2013-12-05 01:50:34)

+1

13

Древис ходил взад-вперед по лаборатории, пытаясь вдолбить в нерадивые головы учеников тот необходимый минимум, который был нужен прежде всего им самим! Склянки, колбы, реагенты - все это неважно! Неважно для них, важно отличать зелье сна и настойку огнеупорности, мощную кислоту с любопытным названием "кровь даэдра" от зелья восстановления...
- Итак, Клинвис, продемонстрируйте нам свои умения! - Андел стоял посреди лаборатории, скрестив руки на груди, а перед ним, в окружении неясных фигур учеников находился юный студиозус. То был альтмер, молодой и перспективный, однако у него отчаянно не получалось сотворить заклятье призыва! - Ну же, Клинвис, ты позоришь всю кафедру колдовства вместе со мной во главе! Неужели ты не можешь сотворить такое простое заклятье?! Смотри и учись, посмешище! - Андел вытянул руку вперед, произнося тяжкие, сложные и заковыристые звуки: они были чужды родному языку мага, они колебали воздух, словно удары молота о наковальню - из ладони вверх брызнула чернильная, черная жижа. Она обволакивала кисть, руку, стекала на каменный пол и стремилась дальше - теперь вокруг не было ничего, только глубокая, черная мгла, которая подобно беззубому, теплому рту вот-вот проглотит алхимика.
- Древис... Древис! Ну же, продемонстрируйте нам свои умения! Вы позорите свою расу, Андел, смотрите и учитесь!

Чернильная тьма растаяла в лучах полуденного солнца, будто бы снежинка на теплой ладони. Данмер моргнул раз, другой, отгоняя от себя наваждение сна: кошмар, очень явный, отчетливый, гладко и надолго врезался в память мага.
Доброе тебе утро, Андел, вот и первый тревожный звоночек. Неужто эти сны будут мучить меня на протяжении всего пути? Раз так, то сторицей окупятся мои старания после.
Колдун сел на кровати, стараясь не обращать внимания на опухшую физиономию и затекшие ночью конечности, данмер спал в одежде, как был - зато хватило ума скинуть обувь около койки. И вдвойне было неприятно и неуютно оттого, что не привык он просыпаться в полдень, когда солнце уже поднялось в небе - добрая часть дня пропала впустую, хотя, впустую ли? Маг отдохнул, как-никак восстановил силы и теперь они могли выдвигаться.
Древис слез с койки, обуваясь и одергивая одежду: за время сна она вся измялась, однако внешний вид сейчас заботил алхимика меньше всего - нужно было растолкать Корвина и выходить - благо, они не пойдут пешком, а толкаться в телеге ночью - сомнительное удовольствие.
Что ж, если наемник все ещё спит, самое время разбудить его внезапным заклятьем паники!
Колдун усмехнулся собственным мыслям и, прихватив корзину и сумку, вышел в главный зал - на удивление свое Древис обнаружил Корвина за тем же самым столом, в чистой рубахе и с кружкой эля.
Что ж, если отобрать у нордов их славный эль, война будет выиграна в течение недели.
На удивление, у мага было прекрасное настроение, а черный сон лишь укрепил его. Данмер отнесся философски к этому знаменью: видимо, этой ночью он посетил Квагмир, и могло ли это быть дурным знаком, учитывая, куда они направлялись, а главное - зачем? Конечно же нет - если бы хозяйка Топи хотела действительно отвадить компанию от святилища, они бы поняли это без дополнительных попыток - колдун был уверен в этом также крепко, как и в том, что каджиты - отъявленные жулики, а имперцы - набитые сеном снобы.
Таверна заметно преобразилась за ночь: исчезли грязные пятна и подтеки выблеванной еды на полу, пустые кружки и пьяные норды тоже куда-то подевались - столы были вымыты, а пол начисто выметен, даже до боли знакомый запах витал в воздухе: шалфей пополам с сиренью - такой запах предпочитала Тралия, и потому это был запах детства. Данмер прошел к столу и присел, оглядывая бегло норда - тот, кажется, успел где-то вымыться, как и привести себя в людской вид - это хорошо, потому что колдун, казалось, выспался на двое суток вперед.
- Итак, я купил все необходимое в дорогу, по крайней мере то, что считаю необходимым я. Если твои дела здесь закончены, мы отправляемся через час - мне нужно поесть.
Алхимик считал непозволительной роскошью пустую болтовню сейчас, и потому надеялся, что Корвин тоже перейдет сразу к делу и они не станут здесь засиживаться надолго. Древис хотел уж было подозвать юную подавальщицу, что лавировала этой ночью между столов - желудок просил еды, а ноги хотели дороги.

+2

14

Она пристально смотрела на двери. Сглотнула, чуть прикрыла глаза, прикусила до боли губу, виновато приподняла брови.
Норд действительно встал. Некоторое время в комнате были слышны звуки ходящих ног и двигающихся предметов и, после того, как все стихло, открылась дверь, на пороге появился уже совершенно свежий норд, с хмурым лицом и чересчур спокойными глазами, будто бы злыми или подозрительными.
Некоторое время он стоял в нерешительности, осматривая помещение так явно сменившее облик со вчерашней ночи. Чистота и свежий воздух царил во всем помещении. Не было уже давно пьяных, по углам не валялся мусор и не растекалась чья-то отвратительная на вид и запах блевоина.
- У вас тут можно искупаться? И, да...-потухший взгляд из-под опущенных ресниц. - Налей-ка мне кружку эля.
Деньги звонко брякнулись об деревянную столешницу. Норд устало оперся на руки, глядя куда-то в бок, ожидая заказа. Он был высокий, крепкий, и это хорошо было видно теперь, когда мышцы с легкостью приподнимали тонкую, льняную, грязную рубаху.
Она наклонилась, ища среди недавно поставленных бутылок эль. Холодок пробежал по ее спине, заставляя вздрогнуть и схватиться за область груди рядом с сердцем. "Дура...если бы он реально бы разозлился из-за того, что ты сказала, то ты бы так спокойно эль ему не доставала". Но руки все равно предательски тряслись.
-Ваш эль, ванна сейчас будет готова.
Словно перепуганный кролик она рванула в подсобку. Забежала, стараясь как можно тише закрыть за собой дверь. "Эх..." - медленно сползая по двери, подумала она.
В комнате с большим корытом было влажно и пахло мокрым деревом. Тепло и тихо. Матушка заботливо налила воду, подогрев при помощи рядом стоящей печи. "Спасибо, хоть не пришлось самой это делать". Девушка опустила руку в горячую жидкость, почувствовала, как напряглось тело от неожиданной ласки расслабляющего тепла, мечтательно улыбнулось. "Сейчас бы туда, смыть с себя всю эту грязь, всю эту тяжесть". Рука опустилась внутрь до самого локтя, вторая последовала за ней. "Пора..."
Норд окинул ее все тем же тяжелым взглядом, когда девушка появилась из-за двери.
-Прошу за мной, - тоненький, кроткий голосок.
Он двинулся, медленно, как бы специально долго передвигая ноги, опуская их с глухим, сухим звуком. Мурашки побежали по спине, ниже, по ляжкам. Она чувствовала его взор на себе. Тряслась.
Коридор был темный и чересчур долгий. Слишком жарко, слишком душно. Огоньки перед глазами, кружиться голов. Волнение во всем теле.  Еог дыхание почти что на ее шее. Тяжелая поступь.
-Прошу сюда, - опущенные глаза, чуть отведенная в сторону голова.
-Спасибо, - короткий, безразличный ответ. И снова его глаза полоснули по лицу.
Дверь закрылась. Послышался расслабленный вздох. На полу, сквозь щели в стене, были видно, как сильные руки стягивают с себя рубашку. Вновь внутренне содрогнувшись, не оглядываясь, Кайла направилась обратно.

В таверне все еще было тихо, хоть с улицы уже во всю доносились звуки бурлящей жизни. Ржали лошади, кричали жители, что-то постоянно громыхало, на повышенных тонах ругались стражники.  Дневной, яркий свет пробивался сквозь маленькие окошки, застекленные непонятно сколько лет назад, отчего уже давно заплывшие жиром  прилипшими к ним мухами.
Она ждала. Ждала, когда их гость, крепкий мужчина-норд выйдет из купельни. Надо было спустить воду, помыть после него корыто, а потом, наконец, собрать вещи и раствориться на пару недель среди деревьев.
Но ее мечтам не было суждено сбыться.

Отдирала она корыто слишком долго. Может, специально, а может, оно и действительно было настолько грязным. Спина ломила, хотелось присесть. "Нет, пора собираться" - подумала девушка, отказывая себе в удовольствие присесть прямо в купельне.
Белое, уже запачканное в различных видах нечистот платье упал на пол, за ним все остальное. Рядом стояло ведро с холодной водой. Неодобрительно посмотрев на него, Кайла взяла его в руки. "Эх...мать!". Из ведра потоком полилась обжигающе холодная вода прямо на обнаженное тело. Кое-как сдерживая крик, Кайла откинула от себя ведро и поспешила схватиться за уже привычные тряпки. Штаны, рубашка и теплая жилетка. Одежда сопротивлялась, не хотя налазила на мокрое тело. Ругаясь про себя, кое-как застегивая пуговицы и одергивая все остальное, она, прихватив лук, стоявший за дверью и, перекинув его через плечо, направилась в комнату матушки.

Валга лежала на спине с закрытыми глазами. Одеяла на ней было. Суровая, Скайримская женщина. Женщина, которая не боялась ничего. Ни морозов, ни жары, ни наемников, ни старости и, наверное, даже смерти. Кайла остановилась, в нерешительности осматривая самого родного ей человека.
-Опять уходишь, - голос спокойный, слегка растянутые гласный.
-Да, матушка, - виноватые нотки. - На пару недель, наверное.
Валга открыла глаза, слегка наклоняя голову на бок:
-Что ж ты так бежишь-то отсюда, словно не мило тебе тут. Бросаешь меня здесь на растерзание этих...животных, - натянутый, слегка надломленный голос. - Эх...ты только вернись, да принеси чего-нибудь свежего, чего-то давно оленя не было. Да и так твоя помощь , кстати. Уже стара я. Не справляюсь подчас.
Валга снова закрыла глаза, пытаясь делать вид, что ей все равно. Но Кайла давно поняла, матушка с каждым разом все труднее и труднее отпускает ее. Привыкла к ней, полюбила, так много дала. А теперь...а теперь ее маленькое вложение прыгает по деревьям в поисках добычи. Не то она растила, не того она ждала.
-Прости меня матушка.
Попятилась назад, прикрывая защипавшие глаза руками.

Она вышла из комнаты Валги, надеясь пересечь всю таверну за пару быстрых шагов и выйти на улицу, на чистый воздух, вдохнуть его полными легкими, отдаться запахам, звукам, жизни, хоть на минуту забыть ее.
-Девушка...- приказной тон раздался где-то совсем рядом.
Она повернула голову. За столом сидели двое. Данмер-маг и норд-наемник. И у обоих были нехорошие взгляды.
-Уже не обслуживаю, - тихая отговорка.
-А мы к вам не за тем...садись...
Сердце подскочило к горлу. "Дура..."

Отредактировано Кайла (2013-12-05 23:17:36)

+2

15

Древис сидел за столом, поглаживая его гладкую поверхность пальцами. Маг перебирал в голове всевозможные варианты развития событий: начиная "кровью даэдра" и заканчивая обыкновенным убийством, когда она покинет таверну и выйдет из города! Когда Корвин поведал алхимику о неосторожных словах девушки, Андел не обрадовался, все его замечательное настроение смыло куда-то далеко. Что же, одной проблемой больше - босмерка с не в меру развитым слухом и любопытством знает о том, куда они направляются - умный додумает, зачем.
- Что же ты сразу не запер её в своей комнатушке, не помахал перед глазами кинжалом, не нагнал страху? Пусть весь свет болтает о нашем путешествии, когда мы вернемся, однако никто не должен знать о нем, пока мы все ещё здесь, Корвин. - Маг поколотил по столешнице пальцами поочередно то одной, то другой руки.
Не зря Древис беспокоился: тайна, которую знают двое - уже не тайна, тайну, которую знают трое - знает весь мир.
Что может знать маленькая босмерка, которая всю свою жизнь провела в этой грязной, забытой богами таверне? Возможно, она и рвалась на свободу, подальше отсюда, да и кто бы не рвался? В голове девчонки наверняка сидит одна единственная мысль - бежать, подальше отсюда, и если она поняла, что те неосторожные слова были ошибкой, она постарается смыться как можно быстрее. Она не станет выходить сегодня на работу, не станет ждать больше, и уж наверняка побежит в лес - куда ещё может бежать босмер? И никакие нордские трущобы, никакие тряпки и добрый эль, льющийся денно и нощно здесь рекой не перебьют босмерскую страсть к свободе и лесным чащобам - чертовы людоеды!
- Корвин, мы выдвигаемся сегодня - сядем на повозку и пусть везет нас до самого Вайтрана. Если вдруг провороним девчонку, придется нагнать её.
Древис не стал делиться с наемником дальнейшими своими действиями, в конце-концов, он мог отнестись к этому философски! И даже слишком - кто знает, как поведет себя Корвин? И, быть может, сам алхимик был поспешен в своих расчетах? Что может знать почти что ребенок о Коллегии, о мире, что лежит дальше Фолкрита и прилегающих лесов? Кому может разболтать она, а главное - зачем? Колдун сомневался, и оттого злился все больше - не было единого алгоритма действий, который бы согласовывался со всеми без исключения моделями поведения человека или мера, не было и твердой уверенности, что, как он себя не поведи, результат окажется верным.
Андел отвлекся от своих размышлений, упираясь взглядом в дверь комнаты для купаний: она распахнулась и на пороге возникла виновница головных болей мага: она была в новых одежках, а наверх натянула и теплый дублет.
Ну кто же так шастает с луком напоказ? Особенно, когда тебя ждут прямо в главном зале таверны для серьезного разговора? Интересно, хватило бы духу выпустить стрелу в лоб мне или норду, а потом выскочить в двери. Нет, нет  - это точно, как и то, что солнце не взойдет ночью.
Мысли постепенно утихали, ведь теперь, когда перед глазами стоял носитель тайны, было гораздо легче сосредоточиться. Древис поднял руку, напряженно глядя на босмерку.
- Девушка! - Андел не старался вращать зрачками, сверлить глазами подавальщицу или ещё каким-либо образом изображать разгневанного убийцу и насильника - необходимо сохранять спокойствие до самого последнего мига. Однако норд был настроен весьма решительно: он зыркнул, словно торговец на рынке, который завидел в пяти метрах от себя маленького воришку и пригласил босмерку присесть. Глаза болтушки пылали, однако отнюдь не воинственным пламенем, а руки мелко тряслись.
Ей ещё не приходилось стрелять в человека. Догадка медленно проскользнула в сознании мага.
- Мы бы хотели поговорить с тобой. И я также хочу, чтобы ты перестала колотиться. Ты услышала то, что тебе не полагалось слышать, однако я рад, что ты рассказала об этом моему другу.
Андел протянул вперед худую, жилистую руку и цепко накрыл ладонью тонкую ручку девушки, которая тут же прекратила царапать край столешницы ногтями.
- Я нашлю на тебя заклятье ярости, и ты набросишься на нас с кулаками, а может быть постараешься достать стрелу. Мне придется убить тебя, и с чистой совестью отправиться дальше. Тебе некуда бежать - я сделаю это быстро, и твой рассудок затуманится - ты не запомнишь последние минуты жизни.
Колдун глядел в глаза босмерки, стараясь увидеть там отсвет обреченности и сломленного духа, ведь яростный, живой огонь в душе и воля к свободе могли немного сбить заклятье, каким бы большим не был опыт Древиса, а этого нельзя было допустить.

+2

16

Какое-то время Корвин и Древис сидели молча, погрузившись в раздумья. Данмер заметно помрачнел, еще бы, если о его планах узнает широкая общественность, в лучшем случае его ждет плаха и топор палача, в худшем - за него возьмутся его коллеги, и одному Талосу известно, сколько дней он еще будет мучатся перед тем, как маги разрешат ему умереть. Корвина ждала подобная участь, но он, в отличии от эльфа, не терял самообладания и неплохого утреннего настроения, нажитого непосильным трудом. Из двери позади стойки появилась "виновница торжества", явно готовившаяся к путешествию. Оно и не странно, босмеров невозможно оторвать от леса надолго. На плече, по стандарту, висел лук из животных материалов - особенность культуры лесных эльфов. Андел подозвал девушку к столику, завязывая разговор. Корвин пытался не вмешиваться. По началу.
- Я нашлю на тебя заклятье ярости, и ты набросишься на нас с кулаками, а может быть постараешься достать стрелу. Мне придется убить тебя, и с чистой совестью отправиться дальше. Тебе некуда бежать - я сделаю это быстро, и твой рассудок затуманится - ты не запомнишь последние минуты жизни, - удивленный взгляд наёмника лёг на данмера. Волк попытался распознать нотки юмора в его словах, увидеть улыбку, услышать фразу о том, что он шутит. Но эльф похоже был серьезен. Не став дожидаться окончания подготовки заклинания, Волк схватил мага за кисть, сильно сжимая ее в руке и отодвигая от босмерки.
- Мы не будем ее убивать, Андел. Оставь дитя в покое, - немного подумав, норд перевел взгляд на Кайлу. Не сложно было распознать в ней страх: взгляд бегал то по Древису, то по Корвину, руки пробивала дрожь. - Если тебе так важна секретность операции - мы возьмем ее с собой, - беловолосый все еще внимательно смотрел в глаза босмерки. - Бежать не советую. Я тоже заинтересован в том, что бы эта информация не всплыла на поверхность, так что если не хочешь, что бы мы тебя связывали - не противься. Древис, я оденусь и заберу лошадь. Жду вас с повозкой у городских ворот через пол часа. И постарайся не глупить, - глаза наёмника угрожающе сверкнули. Он встал и быстрым шагом направился в комнату. Уже через пару минут он был одет в уже знакомые нам легкие доспехи, состоявшие в основном из кожи и слоя кольчуги. Корвин вернулся в зал и сразу же направился к выходу, напоследок ухмыльнувшись своим спутникам. Ухмылка получилась немного дикой и задорной, но наёмник этого не заметил. Прохладный воздух ударил в ноздри норда, освежая и подбадривая. Впереди был сложный путь, но наёмник не сомневался - в том месте, куда они идут, их ждет не малая награда. Надо было только дойти до конца. Возле конюшен, как обычно, витал тяжелый запах овса и навоза. Коротко поблагодарив владельца конюшни - крепкого темноволосого норда с бородой, заплетенной в косу, наёмник двинул в сторону ворот. На улице было тихо - видно половина жителей разбрелась по лесопилкам и охотничьим угодьям лесов Фолкрита. Оно и хорошо, меньше не нужных глаз. Через какое-то время Волк уже ожидал своих спутников у ворот города.

+2

17

- Я нашлю на тебя заклятье ярости, и ты набросишься на нас с кулаками, а может быть постараешься достать стрелу. Мне придется убить тебя, и с чистой совестью отправиться дальше. Тебе некуда бежать - я сделаю это быстро, и твой рассудок затуманится - ты не запомнишь последние минуты жизни.
Сердце под самым горлом. Все еще живое, но уже заходящееся в агонии. Кровь вскипала, обжигая кожу изнутри, тело покрылось испариной. Дыхание участилось, легкие разрывало от поступающего кислорода. Все тело било дрожь. Сознание пыталось покинуть ее голову, предоставив ее во власть эмоций. Это был даже не страх, это был ужас. Леденящий, сковывающий, не дающий нормально соображать. Состояние, при котором еще не понял, что ты в смертельной опасности, при котором еще не принял ситуацию, а организм уже отреагировал и впрыснуло дозу адреналинового наркотика в артерии и вены. Оцепенение и острота восприятия. Словно все стало четче, ярче и при этом обездушенным, мертвым, разлагающимся. Пальцы вцепились в деревянный стол, боль пронзила кости кистей, судорога начала сводить руки, побелели костяшки.
Мыслей не было. Вообще ничего. Только, как шум в ушах, звучал голос внутри: "Дура...дура...Что делать?". Лихорадка, не хватка воздуха. Она видит, как маг вытягивает руку. Сколько нужно для заклинания. Пару секунд? Девушка уже не сможет понять этого, обдумать эту гипотезу. Она почувствовала, как медленно чья-то энергия начинает забираться ей в самые недра, разрывая изнутри, призывая действовать. Внутренне вся сжалась, напряглась, пытаясь сопротивляться посторонней манипуляции. И тут, словно окатили холодной водой:
- Мы не будем ее убивать, Андел. Оставь дитя в покое, - откуда-то из-за занавеси собственных иллюзий донеслось до нее. "Что-то" тут же покинуло ее тело, разрешая рассудку дышать, очищая тело от инородной энергии. - Если тебе так важна секретность операции - мы возьмем ее с собой.
Его холодный, безразлично-самоуверенный тон. Кайла подняла глаза. Его взор был отстранен, словно и не заинтересован во всем происходящим, но как-то мягко отстранен, тепло. Седые брови резко дернулись к переносице, а губы сжались так, будто он злиться:
- Бежать не советую. Я тоже заинтересован в том, что бы эта информация не всплыла на поверхность, так что если не хочешь, что бы мы тебя связывали - не противься. Древис, я оденусь и заберу лошадь. Жду вас с повозкой у городских ворот через пол часа. И постарайся не глупить...
Кайлу, как накрыло. Поток невероятных эмоций уносил ее из этого мира. Хотелось заплакать. Без причины, просто потому что, можешь вздохнуть. Вздох, еще вздох, за ним еще один. Жива, жива и пока невредима. Вдруг все обрело смысл, какую-то цель. Жить, жить и дышать.
Крепки норд-наемник резким движением встал из-за стола и с грацией механического двемера направился к выходу, не поворачиваясь, не смотря на оставшуюся сидеть неподвижно пару. Она и этот маг. Маг, который только что чуть не лишил ее жизни. Ее жизни.

То, что происходило ей не нравилось. Конечно, происходило все из-за ее глупости, ее мимолетной фразы, которая была сказана под действием дурмана алкогольных напитков, а так же сильной усталость и психологической истощенности. И теперь она сидела в абсолютном обездвижении и почти не моргающим взглядом уставилась на норда, которого, судя по редким и сухим разговорам, звали Корвин, а второго, что находился рядом и зачем-то держал руку на ее руке, звали Андел. И он явно был из коллегии. Из этого злачного, мерзопакостного места, откуда целыми волнами на города наплывали всякого рода шарлатаны и маги-неодоучки, чьих жалких сил хватало, чтобы уже в неизвестно какой раз почти снести таверну матушки. А он был не просто учеником или никудышной пройдохой. Нет, он был стар по человеческим меркам и хорошо осведомлен в алхимии а так же, судя по всему, иллюзии. И он ей не нравился. Но не нравился так, как не нравится разбойник попавшемуся ему в лапы путнику. Страх смешанный с униженным самолюбием, а так же томительным ожиданием скорой расправы. Беспричинный наплывы храбрости, при которых так и хотелось высказать свои мыслишки, а иногда волна подобострастия, желания угодить, лишь бы только не отняли самого главного. Жизни.
Девушка не могла двигаться, затекли руки, сводило ноги. Хотелось вскочить и побежать, но зелье, которым ее постоянно подчивали, разрешало ей лишь изредка моргнуть да оставляло право на раздумья. И это был ад. Мысли облепили ее словно муху, высасывая из нее последние силы, заполняя такую маленькую головку и разрушая ее изнутри. Сводило руки, болела голова.
Кайла уже смутно помнила тот день. Что было после слов ее спасителя. Ухмылка мага, тишина в таверне. Безразличие к происходящему окружающих. Его руки, схватившие под локоть. Потом улица, яркий свет. Запахи осени, сопревшей листвы и прохладной влажности. Соображала она плохо. Видимо, на нее наложили заклинание. Повозка и горлышко бутылки с зельем, что вставили тут же в рот, даже не давая время проглотить, заставляя глотать тошнотворную жидкость. А потом это состояние. Состояния овоща в хлеве. Полная обездвиженность и предоставленность мыслям.

+1

18

Данмер сжимал руку девушки, выпуская цепкие щупальца заклятья. Заклинание ярости и смятения - оно попадет в неё, как яд попадает в кровь и заражает мозг, заставляя трепыхаться, словно лосось на берегу! Красноватые, едва видные нити струились по темной коже мага, словно сосуды, и вот уже энергия, чистая и незамутненная, вошла в Кайлу, поднимаясь по руке все выше - этот процесс длился не больше секунды, но в сознании жертвы он мог растянуться и на минуты, намного дольше он мог быть глазами того, кто перестает осознавать реальность и теряет власть над своим телом и умом! Древис уже хотел отнять руку и достать кинжал, ведь отрава почти подобралась к мозгу девчонки, как вдруг крепкая хватка норда заставила его отвлечься, а затем наемник без церемоний убрал руку колдуна с запястья охотницы - маг сомкнул брови на переносице, глядя на норда в упор.
- Мы не будем ее убивать, Андел. Оставь дитя в покое. - Корвин, казалось, не испытывает никаких эмоций, но алхимик разглядел в его взгляде негодование, словно бы добрый дядюшка Древис обманул его, ведь этого не было в планах.
Вот как?! Но в планах не было и этой босмерки с чрезмерно острым слухом, Корвин. Что же, я не думал, что норды настолько мягкосердечные создания.
Однако этим мыслям не следовало становиться словами, поэтому худощавая рука данмера передвинулась по столешнице, словно пепельная змея - маг скрестил конечности на груди, переводя взгляд с Кайлы на Корвина и обратно, теперешний ход дел ему совсем, совсем не нравился.
- Если тебе так важна секретность операции - мы возьмем ее с собой. - Колдун постарался сдержать саркастический смешок, а дегтя в мед добавляли ещё и щенячьи, преданные глаза босмерки - она глядела на наемника, как глядели бы соратники на Исграмора, явись он в Йорваскр в одних подштанниках. Это было не к добру, ох как не к добру - сначала она жертва, но потом уже соратница, а там и до раскола недалеко. Не мог допустить раскола Андел, и не допустит - не мытьем, так катаньем, как говаривала его мать.
А норд, решив, что свою задачу он исполнил, встал из-за стола, направляясь к выходу.
И постарайся не глупить! Да, я сейчас возьму и зарежу её своим кинжалом, а потом, путаясь в плаще, вылезу через окно и стану скрываться от стражей порядка.
Мысли алхимика, несмотря на ситуацию, были упорядоченными и план действий намечался сам: взять с собой невольную знакомицу? Что ж, не самое худшее, что может случится. Не тронуть её пальцем? Андел не был садистом или маньяком. Только вот данмер был уверен полностью в том, что пленница не смирится со своей долей - слишком уж глупо она попалась, чтобы сломиться - не успела просто-напросто, и когда страх уйдет, босмерка захочет бежать.
Облокотившись локтем о гладкую деревянную столешницу, Древис посмотрел в лицо их невольной спутницы.
- То, что ты осталась жива сейчас, гарантирует тебе автоматически безопасное существование и в будущем, но при условии, что ты не станешь глупить и пытаться наколоть меня на одну из своих замечательных стрел. Я думаю, наемник придерживается того же мнения. - Маг пожевал губами, глядя то на сжавшуюся девушку, то на редких полуденных гостей таверны: жизнь тут шла своим чередом, мед лился, как ему и положено, а глухие, замызганные оконца едва-едва пропускали солнечный свет, создавая внутри атмосферу уюта и защищенности - было чисто, в воздухе витали запахи трав, а группа нордов о чем-то спорила. Разве мог данмер нарушить эту идиллию? Конечно же нет, поэтому, нырнув рукой в отделение наплечной сумки, он извлек темно-зеленый пузырек размером с большой палец среднего норда.
- Это сонное зелье, называемое также "Слезы Намиры". Я говорю это, чтобы ты знала - это не яд. Ты выпьешь это, и действие начнется спустя несколько минут - оно будет идти по нарастающей, и уже через полчаса твои ноги откажут, ты провалишься в глубокий сон. - Маг поставил пузырек на стол. - Однако, мы можем привязать тебя за руки к повозке и тащить следом. - Андел не дал губам изогнуться в улыбку - девчушка поверила ему.
Пузырек был опустошен мгновенно, а затем странная пара встала и вышла прочь - маг шел несколько позади девушки, стараясь не попадать ногами в топкие лужи, а вот босмерку уже начинало шатать. Погода удалась, как и ночной отдых - может быть, все не так уж и плохо?

Древис наклонился к лежащей на шкуре, подостланной на пол телеги, девушке. Склянка перекочевала из сумки мага в руки, а затем, под неодобрительные косые взгляды норда, данмер вылили содержимое в рот пленнице. Кайла не сопротивлялась: сонное зелье со временем отнимало все силы, потому что сон был искусственным - его можно было бы назвать полудремой, он не давал энергии и сил, не давал отдыха телу и мозгу - босмерка проглотила зелье, едва не поперхнувшись, и закрыла глаза, а Андел лишь одобрительно хмыкнул.
Древис тратил зелье и с прискорбием замечал, что осталось всего три склянки - этого хватит ещё на двое суток, потом придется обходится веревками. Однако данмер не доверял веревкам и узлам - гораздо охотнее от тратил запасы Коллегии, учитывая, что взяты они были со склада, а не из собственного кармана!
- Корвин, ты ведь понимаешь, что моя сумка не бездонна? Скоро нам придется нести вахту, если, конечно, она постарается сбежать. Почему-то я в этом не сомневаюсь. Поэтому рекомендую тебе приглядывать за нашей спутницей - я доверюсь скорее телекинезу, нежели параличу: заклятье промахнется, нож - никогда.
Древис лукавил, потому что оценив истертую рукоять лука и ношеный колчан пленницы, он понял, что она упражняется на охоте или где-либо ещё довольно часто - такой босмер пригодится, очень пригодится, однако девушка слышала каждое их слово, и данмер надеялся, что она будет благоразумной.
Не хватало нам ещё пятой колоны за спиной, когда мы войдем в храм. Колдун достал из сумки ополовиненную головку сыра и отломил кусочек - голод не тетка, а мать родная, говорили его коллеги, и глядя на их животы колдун очень в этом сомневался.

+3

19

Слишком долго. Слишком долго они двигались по грунтовым трактам лесов Фолкрита. Слишком медленно плелась перед повозкой лошадь, опустив голову и лениво перебирая копытами. Слишком долго солнечный диск бороздил просторы небосвода. Медлительность и скука - вот как можно было описать состояние Корвина. Он пытался ускорить движение, то и дело подгоняя кобылу ударами вожжей, но скотина упорно отказывалась содействовать путникам, ускоряясь всего на минуту, после чего возвращаясь в прежний темп. Позади к повозке была привязана Искра - ездовая кобыла Корвина, совершенно непригодная для упряжки. Позади наемника, на повозке, расположилась юная босмерка и Древис, который не спускал с нее своего зоркого гласа с самого начала пути. Он, явно, был не доволен происходящим, но противиться требованиям Корвина он не мог - слишком дорогим, видимо, для него было их сотрудничество. Это не могло не радовать наёмника: в случае чего, он мог потребовать неплохое вознаграждение, наверняка в святилище даедрической богини найдутся не интересующие данмера блестящие безделушки, которые с руками оторвут богатые, но не очень смышленые коллекционеры, как только узнают происхождение этих самых безделушек.

Вскоре леса начали редеть и путники увидели на своем пути реку. Это был знак того, что они на пути к Ривервуду. Корвин направил повозку по дороге, вдоль реки. Хорошие места. Ривервуд находился меж двух горных хребтов, которые защищали его от сильных ветров и снегопадов. Тут всегда было довольно тихо и умиротворенно. Почти всегда. Отгоняя не самые приятные мысли, Корвин повернул голову и взглянул на своих спутников. Девушка все еще спала - Андел неустанно поил ее каким-то снотворным. Она не сопротивлялась. То ли не хватало сил, то ли не было желания. В любом случае, пусть спит.
- Корвин, ты ведь понимаешь, что моя сумка не бездонна? Скоро нам придется нести вахту, если, конечно, она постарается сбежать. Почему-то я в этом не сомневаюсь. Поэтому рекомендую тебе приглядывать за нашей спутницей - я доверюсь скорее телекинезу, нежели параличу: заклятье промахнется, нож - никогда.
- Не сбежит, - Корвин усмехнулся. - Она, скорее всего, никогда в жизни не выходила за границы лесов Фолкрита. Не сможет сбежать, даже если захочет.
Они обогнули Ривервуд по объездной, старательно избегая лишних глаз и ушей. Рисковать второй раз Корвину не хотелось, слишком много стояло на кону. Вскоре они выехали на мостовую и Корвин понял, что соскучился по грунтовке Фолкрита. Повозка то и дело подскакивала на камнях, напоминая заднице наёмника его вчерашний галоп. Теперь то он сам не очень хотел подгонять идущую впереди лошадь. До Вайтрана компания добралась практически утром, когда первые лучи появились на другой стороне небосвода. Все, чего хотел норд - это хорошо прожаренный стейк, кружка эля и теплая постель. Но здравый смысл то и дело повторял ему, что в город заезжать не следует.
- Остановимся у ворот, рядом с караванщиками. У них можно купить припасов, если надо, - вскоре повозка уже стояла рядом с палатками этих самых торговцев, большинство из которых были каджитами.

Отредактировано Корвин (2013-12-11 23:44:10)

+1

20

Сколько это уже длилось...? День? Два? Больше? Кайла не знала. Сознание давно провалилось, запуталось в сетях бессознательности. Сил слишком мало, чтобы понимать, что происходит, но достаточно, чтобы чувствовать каждую толчок повозки, каждую кочку на земле, каждый выступающий камень из дороги. Нервная система, полуусыпленная, сбитая с толку зельем, с каждой тряской сходила с ума, импульсы терялись, не доходили до туда, до куда были должны. Судорога пыталась свести ноги и руки, которые столь долго были без движения, но не могла, расходясь легкой дрожью по конечностям. Сна не была, как и не было бодрствования, какая-то полудрема, тяжелая, искусственная, душащая. И мысли, мысли, которые глухим эхом раскатывались в ее голове: звучные, медленные, сводящие с ума.
Сколько это продолжалось? Сколько еще осталось? Или может она уже умерла, накаченная наркотиками? И остались только эти бесконечные толчки? Раз...два...три...и так до бесконечности.
Повозка остановилась резко. Она почувствовала, как доски под ее спиной сместились, качнулись и вернулись в обратное положение, она чувствовала, как безвольно качнуло ее тело. Очень плохо, размыто и как-то преувеличено, но чувствовала.
Хотелось вырваться, разорвать цепи зелья. Очнуться, вынырнуть, ощутить окружение не через дымку наркотического снадобья, искажающего все, меняющего цвета, форму и значения, а уже через свежий, очищенный от дурмана мозг. Хотелось наконец вскочить, побежать, перестать ощущать тяжесть воздуха и его невероятную плотность в легких.
Это все сводило ее с ума.

Дерево. Оно невероятно высокое, его кроны уходят куда-то вверх к небу, загораживая жаркое полуденное солнце, позволяя только приятным, согревающим лучикам проникать в прохладную тень. Она. Она стоит к ней спиной, длинные, спутавшиеся волосы, пальчики, сжимающие золотистую кожу плечиков. Такая близка, такая возбуждающая. Но такая далекая. Ее голова слегка поворачивается, становятся видны глаза.
-Скучала? - полуулыбка.
Не отвечает. Лишь тянет к ней свои длинные, все в мозолях ладошки. Чтобы коснуться, ощутить ее под пальцами, прижаться губами к плечу.
-Эйла...

Сон снова ушел от нее, кидая ее во мрак бессознательности, представляя ей полуденный свет в каких-то невероятных, причудливо-кислотных красках. Споры, обсуждения гулом раздавались в ее ушах. Проснуться бы, просто бы проснуться...

+1


Вы здесь » FRPG Skyrim » Личные эпизоды » Спят усталые игрушки...